?

Log in

Mar. 21st, 2007

продолжаем про бухло

В Ветхом завете наряду с вином употребляется термин «сикер», (в еврейском оригинале «ших(к)ар»), которым древние евреи обозначали всякий пьянящий напиток, кроме виноградного вина. Его изготавливали в засушливых районах Палестины, Аравии и Северной Африки, где виноград не растет, из сока других фруктов (например, фиников), иногда с добавлением меда.
От еврейского «ших(к)ар» ведут происхождение греческое «сикера», баскское «фитарра», испанское «cidra» и французское «cidre». Этими терминами разные народы называли пьянящие напитки, приготовленные из различных фруктов, кроме винограда. В частности, в странах с умеренным климатом, таких как страна Басков и Центральная Галлия наиболее доступными фруктами были яблоки. Из них чаще всего и изготавливали «фитарру» и «сидр». Для этого всего-навсего следовало отжать яблочный сок и дать ему перебродить в течение трех месяцев.
В XVI веке придворный медик французского короля Карла IX опубликовал трактат о сидре, в котором превозносил его целебные свойства. В наши дни ученые обнаружили в нем фенольные соединения, блокирующие действие свободных радикалов, которые ускоряют процесс старения организма. Известно, что второй президент США Джон Адамс не отказывал себе в бокале сидра перед завтраком и дожил до весьма почтенного возраста – 91 года. Как выяснилось, умеренное потребление сидра препятствует развитию сердечно-сосудистых заболеваний. Но самое главное - всем алкогольным напиткам, приготовленным на яблочной основе, приписывают способность поднимать настроение, то есть изменять состояние сознания.
Народами Восточной Европы хмельные напитки изготавливались на основе находившегося тут в изобилии натурального сахаросодержащего сырья – мёда диких пчёл, гнездившихся в дуплах деревьев. Вследствие высокого содержания сахара из натурального мёда изготавливали достаточно крепкие напитки, которые так и назывались – «медами». В Древней Руси мед был самым распространенным алкогольным напитком. Он заменял собою виноградное вино, для народа в то время совершенно недоступное. К XV веку под медом подразумевается очень крепкий и пьянящий напиток, информация о котором часто встречалась в памятниках письменности. На Руси медовое виноделие процветало до XVIII века. Мед, как алкогольный напиток, был вареным и ставленым. Вареный мед был более низкого качества, более дешевый, часто употреблялся на массовых праздниках.
Ставленый мед представлял собою продукт естественного брожения пчелиного меда с соком ягод (например, малины). Такой напиток выдерживался в бочках по нескольку лет, иногда 10 лет и более. В некоторых хрониках упоминаются княжеские пиршества, где подавали мед 35-летней выдержки.
В северных областях Европы с фруктами проблема. Но это не означает, что обитавшие там народы не были знакомы с алкоголем. В этих местах произрастают злаки, зерна которых также содержат углеводы и сахара, правда, гораздо меньше, чем во фруктовых соках. Из проросших зерен злаков, прежде всего ячменя, с добавлением хмеля и воды народы северного ареала научились приготавливать слабоалкогольный (с содержанием алкоголя от 2 до 7 весовых процентов) пенящийся напиток - пиво. Принцип приготовления пива такой же, что и вина: дрожжевое брожение.
В странах Юго-восточной Азии европейские злаки не культивируются; основным продуктом питания здесь традиционно является рис. Из него и приготавливают хмельные напитки, в частности – японскую «рисовую водку» - сакэ, собственно, скорее разновидность пива с высоким содержанием алкоголя. Она служит в качестве ритуального напитка при праздновании свадеб и Нового года, а также как символ закрепления заключенных договоров. Пьют сакэ по традиции из маленьких деревянных чашечек, покрытых красным лаком.
Даже кочевые скотоводческие народы Азии, образ жизни которых не предполагал возделывания сельскохозяйственных растений, приспособились получать слабоалкогольные напитки путем сбраживания молока кобылиц (кумыс) или верблюдиц (шубат).
Первое упоминание о кумысе можно найти в трудах древнегреческого историка Геродота (484-424 гг. до н. э.), который, описывая быт скифов, рассказывал, что любимым напитком этого народа был особый напиток, приготовленный путем сбивания кобыльего молока в глубоких кадках. Описание кумыса можно встретить и в древнерусской летописи - «Ипатьевском списке». Подробное описание кумыса оставил французский монах и миссионер XIII века Вильгельм Рубрикиус. Рассказывая о своем путешествии в «Тартарию» в 1253 году, он впервые подробно описывает приготовление, вкус и действие кумыса. Обычно кумыс содержит от 0,2% до 2,5% этилового спирта. Но крепкий натуральный кумыс (только из кобыльего молока) может содержать до 4,5% спирта.
Исламская религия запрещает употребление вина. Об этом предупреждают все туристические путеводители по странам арабского Востока. Не означает ли это, что народы, исповедующие эту религию, представляют исключение из общего правила?
Вовсе нет. Если мы обратимся к периоду до появления ислама (VII в.н.э.), то застанем следующую картину. Для оседлых народов, живших на территориях, впоследствии подвергшихся арабской экспансии, как и для других народов Средиземноморья и Передней Азии, употребление алкоголя было частью достаточно высокой религиозной культуры и религиозной практики. Не следует забывать, что до арабского завоевания значительная часть этих территорий принадлежала Римской империи, языческие культы которой не обходились без ритуального употребления вина. В еще более ранние времена Западное побережье Малой Азии (нынешняя Турция) входило в ареал древнегреческой культуры с её дионисийско-вакхическими мистериями (Дионисий или Вакх – бог вина и виноделия). Ветхий завет недвусмысленно свидетельствует о развитой винодельческой культуре в древнем Израиле и сопредельных ему государствах. О Египте и говорить нечего. Культура виноградной лозы в Египте (она называлась "эрпи") очень стара: она обнаружена уже ок. 3000 г. до н. э.
Перемещаясь дальше на восток, мы попадаем в Персию, где вино с давних пор было составляющей зороастрийской культуры. Вспомним: мы начали эту главу зороастрийской легендой о происхождении вина. Итак, на обширной территории, на которой впоследствии утвердился ислам, существовала древняя традиция вина и виноделия.
Может быть, сами арабы, в среде которых зародилась исламская религия, были трезвенниками? Оказывается, совсем наоборот. Арабско-семитские народы, обитавшие на побережьях Аравийского полуострова, довольно рано перешли к оседлому образу жизни, ничем не отличавшегося от образа жизни окружающих народов, о котором мы рассказали выше. Они выращивали фруктовые деревья, финиковые пальмы, из плодов которых (иногда с добавлением меда) изготавливали хмельные напитки. Полудикие кочевники –бедуины, занимавшие центральные области полуострова, довольствовались напитками, приготовленными из молока лошадей и верблюдиц. Однако между ними и оседлыми жителями побережий существовал интенсивный товарообмен. Скотоводческие товары они обменивали на ткани, оружие, продукты растениеводства и спиртные напитки, которые с удовольствием ими потреблялись.
«Думается, окажись современный человек среди доисламских арабов, первое, что он отметил бы, так это полное отсутствие у доисламских арабов хоть какой-то культура пития, – отмечал исследовавший этот вопрос Моисей Литвак. - Можно было бы даже сказать, что общество это в целом изрядно "злоупотребляет". Употребляли виноградное вино, а также некий продукт на основе местных фиников, про который один исследователь-исламовед в приватной беседе заметил, что он был крепостью 60 "градусов": двадцать "градусов" была крепость собственно напитка, и еще на сорок "развозила" аравийская жара» .
Так что пророк Мухаммед, сам принадлежавший к старинному бедуинскому роду, застал весьма неприглядную картину неумеренного пьянства своих соплеменников. По-видимому, сначала он не придавал этому значения, считая такое положение вещей естественным и традиционным и меланхолично изрек помещенный затем в Коране, в суре Пчелы, аят следующего содержания: "Из пальмовых плодов и виноградных лоз вы пищу добрую находите себе и опьяняющий напиток - здесь истинно знамение для тех, кто разумеет" (Коран 16;67). В первые годы после введения ислама даже среди ближайших соратников пророка не считалось грехом пропустить стаканчик-другой.
Позже в Медине был ниспослан следующий аят: "Они спрашивают тебя о вине и майсире (азартных играх). Скажи: "В них обоих - великий грех и некая польза для людей, но грех их больше пользы". Таким образом, положительные стороны употребления вина не отрицаются, но указывается, что отрицательных сторон больше (с этим трудно не согласиться). После этого аята многие мусульмане отказались от алкоголя, но, конечно, остались и такие, кто ухватились за слова о пользе вина и продолжали употреблять его.
Со временем пьянство соплеменников все больше раздражало Мухаммеда. Во-первых, обычай употребления опьяняющих напитков был тесно связан с традиционными доисламскими верованиями, с которыми ему приходилось бороться. А во-вторых, как известно, вино разлагает дисциплину, и без того невысокую среди бедуинов, а Мухаммед вынашивал грандиозные завоевательные планы. Вследствие этого его отношение к употреблению вина становилось все более и более нетерпимым.
В качестве повода для усиления антиалкогольной компании согласно легенде, стало следующее происшествие.
Один из сподвижников Пророка Абдурахман ибн Авф как-то созвал на праздник множество мусульман. Среди угощения было и вино. Наступило время вечернего намаза, и гости назначили имамом одного из сотрапезников. Он был уже навеселе и потому суру "Кофирун" прочел так: "О, неверные! Я буду молиться тому, чему молитесь вы" вместо: "О, неверные! Я не буду молиться тому, чему молитесь вы".
После этого вопиющего случая был ниспослан следующий аят: "О вы, которые уверовали! Не приближайтесь к молитве, когда вы пьяны, пока не будете понимать, что вы говорите...".
Учитывая то, что каноны ислама требуют молиться пять раз в день, данный аят заставлял воздерживаться от алкоголя длительное время и обоснование этого запрета было вполне понятно любому верующему.
Безусловно, люди попытались приспособиться и к данному запрету. Некоторые стали выпивать после намаза хуфтан - ночной молитвы, чтобы к утру хмель проходил.
Содержащие однозначный запрет на алкоголь хадисы появились уже в конце мединского периода, когда и власть Мухаммада, и исламская умма достаточно усилились и окрепли. Рассказывают, что однажды человек по имени Атабан ибн Малик созвал людей в гости, среди которых был и хазрат Саяд ибн Аби Ваккос. Хозяин приготовил для гостей верблюжью голову и подавал вино. Некоторые гости опьянели, и завязалась ссора. Один из гостей схватил верблюжью челюсть и разбил голову Саяд ибн Аби Ваккосу. Когда тот возвратился к Пророку Мухаммаду и рассказал ему обо всем случившемся, был ниспослан следующий аят: "О вы, которые уверовали! Вино, майсир, жертвенники, стрелы - мерзость из деяний сатаны. Сторонитесь же этого, может быть, вы окажетесь счастливыми! Сатана желает заронить среди вас вражду и ненависть вином и майсиром и отклонить вас от понимания Аллаха и от молитвы. Удержитесь ли вы?". По преданию, после ниспослания этого аята хазрат Умар произнес следующие слова: "О Аллах! Мы прекратили это, прекратили!"
Таким образом в Медине имел место акт введения "сухого закона" , когда кожаные бурдюки с вином разрезались, а их содержимое выливалось на землю. Рассказывают, что на улицах Медины вино в буквальном смысле лилось рекой, а его запах стоял в воздухе долгое время.
Никакие запреты, однако, не смогли устранить потребность людей вновь и вновь испытывать то состояние, в которое приводят рассудок опьяняющие напитки. Несмотря на то, что на употребление вина, наряду с азартными играми и гаданием, был наложен «харам» (запрет), оно продолжало оставаться достоянием исламской цивилизации.
Многие ортодоксальные богословы комментировали приведенный нами выше аят из суры Пчелы (К.16:67) в том смысле, что одни и те же дары природы могут быть как полезными человеку, так и наносить ему вред. Часть суфиев и либеральные толкователи объясняли содержание этого аята как возможность определенного послабления в употреблении алкоголя для духовно продвинутых личностей и просто тех, у кого голова всегда на месте. В трактате «Канон врачебной науки», написанном в 1012-1024 гг. великий среднеазиатский врач и ученый-энциклопедист Абу Али ибн Сино (Авиценна) отвел целый параграф рассуждениям об употреблении и свойствах вина, в котором отмечал:
«Считают, что опьянение бывает полезным, если оно случается раз или два в месяц, ибо оно облегчает душевные силы, ободряет, гонит мочу и пот и растворяет излишки, особенно в желудке.
Необходимо знать, что вино главным образом действует вредно на мозг, поэтому человек со слабым мозгом должен пить [вино] только в небольшом количестве и разбавив его [водой]» .
Ибн Сино не призывал отказаться от употребления вина; он указывал лишь на необходимость дифференцированного влияния алкоголя на разных людей. «Человек с сильным мозгом, - писал ибн Сино – не пьянеет быстро: его мозг не принимает поднимающегося дурного пара. Ничего не доходит до его мозга, кроме приятного тепла. Его разум проясняется в такой степени, в какой не могут проясниться другие разумы. А для лиц с противоположным по свойству [мозгом] оно [действует] наоборот» .
Вино использовалось в некоторых суфийских тарикатах иранского и шиитского происхождения. Алкоголь употребляется последователями таких шиитских сект как алавиты и друзы. Члены суфийского ордена бекташи, существующего и поныне в Албании и Турции, употребляют красное вино в обрядовых целях. Имам Исмаил бен-Джафар, которого представители наиболее многочисленной ветви неортодоксальных шиитов - исмаилиты считают своим основателем, был в свое время лишен отцом, имамом Джафаром Сиддиком, наследства именно за распитие вина. Воспетое Омаром Хайямом и Хафизом вино было не только поэтическим образом, но и вполне конкретным напитком, со вкусом, цветом и запахом, активно вкушавшимся обоими авторами.
Любопытно отметить, что именно исламский «харам» на употребление вина послужил причиной появления куда более крепких алкогольных напитков, а так же употребления народами мусульманского Востока наркотических веществ.
В первые века ислама запрет распространялся прежде всего на продукты брожения виноградного и иных фруктовых соков. Например, в первом по времени формирования мазхабе (богословско-правовая система) имама Абу Ханифы в эту категорию не попадало, например, пиво, хотя другие имамы-основатели мазхабов включили пиво в число опьяняющих средств, для обозначения которых мусульманский шариат оперирует понятием "хамр", производное от арабского корня "хаммара", означающего нечто вроде "покрывать пеленой, туманить" (имеется в виду, что подобные средства туманят разум).
Существует предание о том, что когда пророк Мухаммед запретил правоверным пить вино, один хитроумный араб сообразил подвергнуть перебродивший сок виноградной лозы перегонке, и так как полученная в результате этого жидкость формально как бы вином уже не являлась, то и пить ее вроде было можно, и якобы именно от изобретения этого араба пошли все крепкие спиртные напитки.
Это, возможно, всего лишь легенда (первенство арабов в выделении чистого алкоголя оспаривается), но является достоверным фактом широкое распространение в странах востока арака - крепкого напитка, получаемого путем перегонки различных продуктов (риса, мелассы (черной патоки), винограда, зерна и даже молока). В настоящее время арак, известный так же как арагы (тюрк.), архи (монг.), ерех (чуваш.) широко распространен среди народов Передней и Средней Азии и Кавказа. В Турции и Греции этот напиток называется ракией. Согласно легенде на территорию Малой Азии этот напиток был принесен арабскими армиями.
Другим способом обойти «сухой закон» было употребление наркотиков растительного происхождения (насвай, анаша, гашиш), широко распространенное именно среди мусульманских народов.
На вопрос «Существуют ли общества, в которых не пьют? », заданный репортером агентства Washington Profile известному психиатру и наркологу Алексею Кампову-Полевому, профессору психиатрии Mount Sinai School of Medicine (Нью-Йорк), автору многих научных исследований в области наркологии, сыну культового советского писателя Бориса Полевого, почтенный профессор ответил следующим образом:
«В обществах, где употребление алкоголя не запрещено, как, например, в мусульманских странах, люди пьют. Даже северные китайцы, у которых употребление алкоголя связано с неприятными ощущениями, все равно находят способы выпить. Более того, если представители каких-то культур не пьют, то они употребляют наркотики, как, например, мусульмане. Они могут не пить, но могут курить анашу».
Таким образом, народы исламского ареала вовсе не являются исключением из общего правила. Итак, мы установили, что алкогольные напитки употребляются везде и повсеместно с самого начала человеческой цивилизации, а любые запреты на их употребление обходятся разнообразными способами. Это может означать лишь одно: у человека существует не обусловленная биологическими причинами и требованиями борьбы за выживание потребность в опьянении, т.е. в модификации своего сознания.

У вина много чудесных свойств – как мифических, так и действительных, но самым главным его свойством является его способность воздействовать на человеческую психику. Помимо своей ценности в качестве застольного, питательного и лечебного напитка, сок раздавленного винограда имеет таинственную способность превращаться в нечто большее, чем средство утоления жажды и опьянения, - и изменять тех, кто его пьет.
Очевидными являются изменения во внешнем поведении, проявляющиеся после принятия опьяняющих напитков, эти изменения происходят даже в поведении животных.
В средневековом сборнике новелл "Геста Романорум" (ок. 1300) приводится следующая любопытная легенда, дополняющая библейскую историю Ноя. Ной нашел дикий виноград, который называли лабруска - по меже (лабра) между пашней и дорогой. Так как этот виноград был кислый, он взял кровь четырех животных, а именно: льва, агнца, свиньи и обезьяны, смешал ее с землей и сделал из этого навоз, который он положил на корни дикого винограда. Благодаря крови животных виноград стал сладким. Но свойства упомянутых животных стали теперь проявляться при употреблении вина. Благодаря вину многие люди становятся львами, обнаруживая гнев, и потому теряют голову. Некоторые становятся стыдливыми, как ягнята, другие превращаются в обезьян вследствие любопытства и безоглядной веселости, которые у них появляются. О "свинских" последствиях опьянения текст не говорит ничего: по-видимому, этого рода воздействие и без того считалось хорошо известным.
Мудрый царь Соломон изрек: "Вино - глумливо, сикера - буйна; и всякий, увлекающийся ими, неразумен" (Притчи 20: 1). "Вино оглупляет человека, заставляя его то петь, то смеяться безумным смехом, то говорить слова, которые говорить не следовало бы" – говорит Гомер в "Одиссее".
О том, до какой степени вино может повлиять на поведение человека, свидетельствуют следующие примеры из Ветхозаветной истории.
Ной, который на своем ковчеге приплыл к горе Арарат, и после того, как схлынула вода Потопа, и все постепенно наладилось, "начал возделывать землю и насадил виноградник. И выпил он вина, и опьянел, и лежал обнаженным в шатре своем. И познал Хам наготу отца своего, и вышедши рассказал двум братьям своим" (Бытие 9: 20-21). Некоторые комментаторы предполагают, что речь идет не просто о созерцании наготы (которая не была табуирована простыми нравами первобытных людей), а об акте содомии, поскольку еврейское выражение «познать» применялось и в смысле «совершить половой акт». Такое толкование более убедительно объясняет последующую вспышку гнева Ноя.
Другой пример: после того, как были сожжены Содом и Гоморра, Лот жил в кровосмесительной связи со своими дочерьми, которые напоили его, и спали с ним, чтобы иметь потомство от отца своего (Бытие 19: 30-38).
Есть старая китайская притча. Буддийский монах шел по лесу, он устал и замерз. Увидел домик - в нем жила одинокая женщина, которая согласилась пустить монаха на ночлег лишь при выполнении одного из трех условий: либо съесть приготовленное ею мясо, либо выпить вина, либо провести с ней ночь. Монах решил, что вино - самый малый грех и согласился немного выпить. После этого он съел мясо и переспал с женщиной: такую трансформацию произвело в нём употребление вина.
Эти вопиющие примеры говорят о том, что под влиянием алкоголя человек утрачивает контроль над своим поведением и может совершать поступки, которых он никогда бы не совершил в обычном состоянии. Нас в данном случае интересует не медицинский и не моральный аспекты проблемы, а тот факт, что состояние человека под действием опьянения, является необычным.
Вино дает забытье (Притчи 31: 5-7), утешает ("Бахус развеет грызущие человека заботы": "Песни" Горация), веселит ("Крепкое вино развеселит сердце": "Монахомахия" Игнацы Красицкого, см. тж. Псалом 103: 15, Екклезиаст 9:7), вселяет храбрость не только в людей («фронтовые 100 грамм»), но и в животных (Согласно тексту "Илиады" Гомера, Андромаха доливала вино в воду для боевых скакунов. "Вино добавило им смелости, отваги").
Древние объясняли механизм действия вина на человека тем, что дух вина, проникая внутрь организма, приходит во взаимодействие с душой человека и способен уносить её в иной мир – тот, в котором пребывают сверхъестественные существа.
Полагали, что в этом состоянии человек становится «вдохновенным», способным общаться с богами или духами .

любимая глава.... руки не подымаются - как приятно читать

ВИНО
С древних времён важное место в религиозной практике играет вино.
Вино было непременным атрибутом празднеств, устраиваемых в честь богов, и даже удостоилось быть олицетворённым в образе богов: греческий Дионис и латинский Вакх (Бахус), боги виноградарства и виноделия, считались божественными воплощениями вина, а посвященные им праздники – дионисии или вакханалии – характерны необузданным употреблением вина. Подобный бог существовал в верованиях балканских народов, тракийцев. Он был покровителем зверей, растений и вина.
Вино считалось одним из ценных даров, подносимых богам. Во многих религиях древности были приняты жертвенные возлияния в честь богов. Эта традиция идет из глубины веков: у самых примитивных народов обнаруживаются обычаи плескать в огонь костра или домашнего очага немного вина, пива, (позднее – водки, рома и т.п.) в знак почтения к духу огня (очага). Красный цвет вина позволил использовать его в качестве замены кровавого жертвоприношения, в том числе и человеческого.

Вино – это кровь (или душа) раздавливаемого винограда, родственная крови живых существ, которая ассоциировалась древними с жизнью и душой. Ассоциация ещё более усиливалась опытом: потерявшим много крови людям вино возвращало силы и приносило выздоровление, да и здоровые, употребляя его, испытывали прилив жизненных сил. Не случайно само слово вино было произведено древними римлянами от слова vis – «сила». Воодушевляющее и одухотворяющее свойство вина послужило поводом к его сакрализации.
Свойство вина приносить забвение позволило включить его в качестве необходимого элемента в учение о переселении душ. По объяснению Платона, душа воплощенная в новое тело, не помнит своей прежней жизни на земле из-за того, что пребывая в промежутке между воплощениями на небесах, испивает там «вино забвения», лишающее её памяти о прошлом.
Согласно древним верованиям и мифам, бессмертие богов объясняется тем, что на небесных пирах они регулярно употребляют нектар – вино самого лучшего качества, не кислое, не дающее похмелья и способное продлевать жизнь. Согласно греческой легенде, прекрасный мальчик Ганимед, восхищенный Зевсом на небеса, подвизался там в качестве виночерпия на пирах богов. Земное вино, конечно, уступает божественному, но, устраивая пиры с обильными возлияниями, люди как бы приобщаются к жизни богов, по крайней мере, воспроизводят её.
Представление о вине как непременном атрибуте «небесной жизни» отразилось в преданиях и священных текстах разных народов. Викинги верили, что умершие в бою герои в качестве вознаграждения после смерти будут проводить дни в битвах, а ночи – в хмельных пирушках. Ранние христиане живописали царство небесное как место, где в изобилии рождается виноград, из которого ХХХХ(см. папий). Даже ислам, строжайше запрещающий употребление вина, обещает правоверным в раю ХХХХ.
Вино было и остается элементом богослужений и религиозных обрядов во многих религиях. У греков и римлян были приняты возлияния перед статуями богов. Евреи ххх. В христианском богослужении вино занимает центральное место: оно используется в обряде евхаристии (причащения), символизируя собой «кровь Христову».
«В Древней Греции, например, этиловый спирт обладал собственным местом в установленной религии. Дионис или Вакх, как его часто называли, был настоящим божеством. Его поклонники обращались к нему как к "Лусиосу" (освободителю) или "Теоиносу" (божественной лозе). Это последнее имя сталкивает забродивший виноградный сок и сверхъестественное в единый троичный опыт. "Рожденный богом, - пишет Еврипид, - Вакх разливается как воздаяние богам, и через него люди получают добро". К несчастью, они также получают и вред. Блаженный опыт самотрансценденции, возможный благодаря алкоголю, должен быть оплачен, и плата эта чрезмерно высока». О.Хаксли.

Семантические исследования значений, придававшихся слову «вино» показывают, что древние видели в нем не только естественные, но и сверхъестественные свойства.

Если для христиан вино представляло кровь Христа, то в представлениях античных греков вино ассоциировалось с кровью бога Диониса или с его божеской сущностью. Египтяне же считали вино кровью растерзанного и затем воскресшего Гора.
О Горе также говорилось, что он в вине пьет кровь своего противника.
Согласно мифу, Изида, отведав гроздь винограда (космическая лоза - дерево жизни), забеременела и родила Гора. По другой версии, подобным партеногенезисом был зачат Озирис. Виноградной грозди здесь приписывается функция жизненного начала, порождающего новую жизнь. Вследствие этого вино было необходимым атрибутом «священных браков»: опьянённые вином жрицы отдавались во время празднества в честь бога каждому желающему и потому не знали, от кого они зачали дитя; такие дети считались детьми бога.
«Дерево жизни», которое, как известно из книги Бытие, произрастало в раю, часто изображалось именно в виде виноградной лозы. Здесь мы сталкиваемся с представлением о райском происхождении винограда. Полагали, что первоначально он был посажен Богом в эдемском саду, и только позже каким-то образом попал на землю.
Исламская легенда рассказывает, что архангел Джебраил (Гавриил), который выводил Адама и его еще по имени не названную жену из райского сада, сострадая к провинившимся, протянул им гроздь винограда из закрытого отныне для них навсегда сада. Согласно другой версии, его посох увлажнился от слез сострадания, зазеленел и дал побеги, и плоды его были как слезы ангела, круглые и сладкие. Однако дьявол Иблис напустил посредством колдовства на это растение порчу, и поэтому виноград стал, несмотря на свое происхождение как дара ангела, лишенным благодати.
Поскольку в раю, местопребывании Бога и ангелов, есть виноград, там должно быть и вино. Любопытно, что, запрещая употребление вина смертным, исламская религия в то же время упоминает вино как атрибут райского блаженства: в раю особо избранные пьют "вино, которое запечатано мускусом, пробуждающим жажду так, что они постоянно взывают к нему. И вино смешивается с водой источника Тасмин, из которого пьют приближенные Аллаха, его избранные". Также в райском потоке течет "вино, которое пьющим восхитительно по вкусу, но они не напиваются допьяна".
В древнегреческих мифах повествуется о небесных пирах, устраиваемых богами- олимпийцами, на которых употреблялось божественное вино, дающее бессмертие. Вспомним, что прекрасный юноша Ганимед, восхищенный Зевсом на небо, подвизался там в качестве виночерпия на пирах богов.
Вино, таким образом, предстает как атрибут божественной жизни, небесного царства. Считалось, что людям оно досталось либо случайно, по попушению богов, либо было украдено людьми у богов, так же как огонь, похищенный Прометеем. Именно этим объясняли необычные свойства вина. Здесь мы имеем дело со второй причиной, по которой вину приписывалось божественное происхождение: необычное состояние, которое оно способно вызывать.
Многие народы считали вино атрибутом богов.
"Хозяином вина" у древних египтян считался Озирис ("Тексты Пирамид", 820); в магическом греческом папирусе вино рассматривается как существенная часть бога растительности. В качестве сохраняющего жизнь напитка дает умершему вино бог виноградного пресса Шесму, грешникам он отрывает головы и давит их в своем прессе.
В греческой мифологии вино преимущественно ассоциируется с Дионисом (у римлян – с Бахусом). В культе Диониса (Бахуса) вино было символом экстатического союза с самим богом, а в орфических ритуалах оно приравнивалось к жертвенной крови.
В Библии вино предстает в как напиток Бога. Яхве говорил Моисею, чтобы на алтарь дважды в день приносилось жертвенное вино: "... а для возлияния четверть гина вина, для одного агнца". (Исход 29: 40).
Вино расценивалось древними евреями также как Божий дар людям. Благословение Исаака: "Да даст тебе Бог от росы небесной и от тука земли, и множества хлеба и вина" (Бытие 27: 28).
В иудейском ритуале вино служило напоминанием о благословении, которое дал своему народу Бог Иегова.
Четыре бокала сладкого пасхального вина, согласно древнему обычаю, заповедано выпивать верующим евреям во время застолья на Пасху (седер). Это символ четырехкратного обетованного спасения еврейского народа Богом - через зачатие, рождение, искупление и приближение к себе всего Израиля.
Божественное вино, то, которое на небесах, представлялось как приятный на вкус, но не оставляющий оскомины напиток, приводящий в приятное расположение духа, бодрящий и веселящий, дающий здоровье и долголетие и не приносящий никаких негативных ощущений.
В древнегреческих мифах говорится, что боги обязаны своей мудростью и своим бессмертием регулярному употреблению нектара и амброзии, составляющих пищу богов. С этими божественными субстанциями и ассоциируется вино. То вино, которое употребляют люди на земле, - лишь слабое подобие божественного вина. Возможно, некая божественная сущность небесного напитка в земном вине присутствует, но она сильно разбавлена и загрязнена земными веществами, из-за чего вино может приобретать горьковатый или кислый вкус, неприятный запах и вызывает похмелье.
Сам процесс приготовления вина и пива обставлялся как священнодействие. Первоначально эти напитки не предназначались для повседневного употребления: они использовались только в праздничные дни, посвященные богам.
У многих народов существовал обычай возлияния – принесение в жертву вина. Считалось, что такое подношение приятно богам.
Благодаря сходству вина с кровью, возникла смысловая связь между вином и душой . Вино – душа виноградной грозди, и в то же время – божественная субстанция, внутренняя сущность божества, подобная той, которую Создатель «вдунул» в человека на шестой день Творения.
Душа бесплотна, невидима. По представлениям оккультистов, душа состоит из особой тонкой материи – биоплазмы. Но вино так же ассоциируется с огнем, огненной субстанцией. В традиционной символике вино представляло (так как обычным было употреблением его с водой) подлинно "духовный напиток", наполненную жизненным огнем жидкость. В магических операциях вино олицетворяло стихию огня. Мифология видит сходство вина с огнем в том, что и то и другое было похищено людьми у богов: "В вине можно обнаружить огонь Прометея" ("Анакреон" Ю. Корзака). В древности отождествление вина с огнем могло пониматься как аллегория, однако после извлечения «духа вина» оказалось, что аллегория эта действительно соответствует истине: квинтэссенция вина оказалась весьма горючей жидкостью; иногда её называли «жидким огнем» или «огненной водой».
Принадлежа одновременно и миру людей и миру богов, вино может расцениваться как посредник между этими двумя мирами, посредник между человеком и Богом. Именно поэтому оно так широко используется в ритуальной практике различных религий.
Благодаря этому посредничеству человек может приобщиться к божественной мудрости, к божественным знаниям. "Вино делает человека мудрым" – утверждает Вавилонский Талмуд.
Греческие и персидские поэты воспевали божественное опьянение души, божественный экстаз, который дает человеку возможность на один краткий миг находиться в состоянии бытия, обычно присущего богам.
Вино раскрепощает сознание, снимает ограничения, позволяет воспринимать то, что в обычном состоянии сознания постичь невозможно. Об этом его свойстве говорит старинное латинское выражение: «In vino veritas» - истина в вине . Символизм вина видели в том, что оно рождает истину и "открывает сердце рассудку" (и в то же время - развязывает язык лжецам и лицемерам).
В средние века существовало понятие "Vinum theologicum" (лат.), т. е. "вино богословское": считалось, что вино высокого качества способствует успехам в теологии.
Религиозные переживания возвышают вино до подобия божественной крови. Вино - это возбуждение и сила духа, которые преодолевают земную тяжесть и окрыляют разум.
В глубинно-психологической символике сновидений, согласно Эппли, появление в сновидении вина свидетельствует о встрече с духовно-душевным содержанием личности, а не об "алкоголе" в реальном смысле.
В некоторых культурах (дионисийско-вакхических) обычай употребления вина сверх меры был культово закреплен - считалось, что именно в экстазе опьянения достигается единение с божеством. Божественное опьянение воспринималось как опыт сверхчеловеческого бытия и несомненное свидетельство о присутствии божества.
Самая важнейшая функция вина, отраженная в его символизме, заключается в том, что вино является общепризнанным символом божественного откровения, символом истины, которая, как полагали, постигается именно в состоянии вдохновенного экстаза, порождаемого употреблением вина.
Наш краткий экскурс в область символизма и мифологии, конечно, не может служить доказательством сверхъестественных свойств вина, однако он показывает, как воспринимались и каким образом отражались эти свойства в сознании людей. В то же время, следует понимать, что человеческое сознание формируется отнюдь не случайно, что она отражает вполне реальный опыт. Поэтому мы не можем исключить, что в каких-то случаях и при каких-то условиях действие вина действительно способствовало восприятию откровения.



Вино, благодаря его необычным свойствам, сопутствует человеку на протяжении всей его истории. Все попытки проследить происхождение вина, определить время, когда люди впервые начали его изготавливать, оказываются безуспешными.
В Персии существовало красивое предание о том, что птица, некогда освобожденная из змеиной пасти лучниками зороастрийского царя Джамшида (V в. до н.э.), в знак благодарности уронила перед ним на землю несколько семян, проросших впоследствии виноградной лозой. Лоза принесла грозди красивых ягод, из которых отжали сок и поместили его в сосуд. Царю очень полюбился этот сок и он приставил к сосуду стража для охраны царского напитка. Но через некоторое время сок в сосуде «вскипел без огня», а затем стал красным и прозрачным «как рубин». Царь повелел казнить стража, по недосмотру которого царский напиток оказался испорчен магическими чарами. В этот момент одна из придворных рабынь, терзаемая нестерпимой головной болью, решила, что в кувшине яд, который поможет ей раз и навсегда покончить с мигренью. Рабыня выпила все содержимое кувшина, но не умерла, а лишь заснула. Проснувшись, она уже не почувствовала никакой боли. По другой версии царь заставил выпить скисшую жидкость самого приговоренного к смерти стража, но убедившись, что он остался живым и невредимым и лишь повеселел, царь простил его. Так, согласно легенде, была открыта технология получения вина.
Между тем, древнейшие письменные памятники и археологические находки свидетельствуют, что секрет изготовления содержащих алкоголь напитков стал известен гораздо раньше: люди были знакомы с ним столько же, сколько существует цивилизация.
Книга Бытие сообщает, что выжившие после всемирного потопа члены семейства Ноя после принесения благодарственной жертвы насадили виноградник, собрали урожай винных ягод, приготовили вино и, что называется, набрались до бесчувствия. Это заставляет предположить, что технология получения вина Ною уже была известна, то есть она была открыта ещё в «допотопные» времена.
По видимому, способ изготовления вина стал достоянием человека гораздо раньше, чем изобретение хлеба, ведь для выпекания последнего требовалось сначала овладеть огнем, а технология виноделия этого не требует.
Существует гипотеза, согласно которой переходом к земледелию и оседлому образу жизни мы обязаны именно освоению виноградарства, поставляющего сырье для производства вина. Дело в том, что при низкой численности населения среда обитания довольно долгое время могла обеспечивать людей продуктами питания, добываемыми охотой или собирательством. А вот собрать достаточно дикого винограда для изготовления необходимого количества вина было проблематично. И было сочтено целесообразным специально выращивать виноградные лозы. А поскольку это было делом не одного дня и даже не одного года, и требовало постоянной заботы о достаточно капризных растениях, это заставило людей отказаться от прежних привычек и обосноваться неподалеку от виноградных плантаций. Так вино оказалось двигателем прогресса!

По-видимому, человек познакомился с алкоголем еще до того, как стал человеком. Как это может быть? В природе многие растения содержат тот или иной процент сахара, который при благоприятных условиях может начать бродить, образуя нечто вроде браги, привлекающей животных.
Проведенные учеными исследования показывают, что многие животные не только склонны потреблять содержащие алкоголь продукты, но и демонстрируют при этом очевидное удовольствие.
Например, кабаны не упускают случая запустить пятачок в забродившие фрукты. Охотно лакомятся пьянящими ягодами и травой косули.
В пристрастии к выпивке замечены и птицы. Индийские совы обожают хмельной сок, выделяющийся из пальм. Малиновки и другие птицы, поклевав перебродивший сок перезрелых яблок спокойно засыпают пьяным сном.
Зоологам хорошо известны различные виды крупных ночных бабочек - бражников. Их название происходит от слова «брага», поскольку любят они не только нектар цветов, но и потеки забродившего на ветру сладкого сока, который образуется на коре некоторых деревьев. И напиваются им до такой степени, что летать не могут - лишь сидят на коре, либо бестолково переползают с места на место.
Не упускают случая полакомиться забродившим сладким соком в процессе сбора нектара медоносные пчелы , причем алкоголь действует на них так же, как и на людей, — у них меняется координация движений, притупляются реакции. Пчелы способны употреблять этанол даже в чистом виде, что иногда приводит к хроническому заболеванию и смерти.
Любовь животных к алкоголю люди издавна научились использовать в своих целях. Охотникам, например, известно, что, вымочив горох или хлеб в водке или вине, а затем щедро разбросав его по берегу, можно ловить диких уток, гусей, лебедей голыми руками – они утрачивают бдительность и готовы «брататься» с кем угодно. Похожий способ применяют индейцы при ловле драгоценных колибри: заливают вино в бутоны цветов, из которых крохотные птички обычно пьют нектар. Конокрады, сбывая пожилую кобылу, вливали ей в глотку шкалик водки. После такой процедуры лошадка на несколько часов становится резвой, игривой, шаловливой.
Улитки обожают пиво и, учуяв его запах, ползут в специально расставленные для них ловушки с этим зельем, где их ждёт неминуемая гибель. Садоводы специально расставляют ловушки, с небольшим количеством пива между растениями. Улитки напиваются настолько, что тонут в пиве.
А вот каким методом ловят обезьян в Хартуме местные охотники - поставщики обезьян в зоопарки мира. Они идут в лес, имея с собой огромный бидон с пивом и несколько кружек. На виду у обезьян охотники делают несколько глотков, затем уходят недалеко в лес и прячутся в кусты, наблюдая за животными. Обезьяны тотчас же спускаются вниз, обступают бидон и предаются пьянству. Оргия продолжается до тех пор, пока мертвецки пьяные обезьяны не валятся здесь же и засыпают. Охотникам только остаётся подобрать их и водворить в клетки.

Большими любителями выпивки являются слоны. Причем они умеют сами изготавливать для себя «самогон». Найдя большие ямы, они сгребают туда упавшие на землю фрукты (соображают, заметьте, что плоды должны быть очень спелыми!), накрывают «бродильный чан» травой и ветками и ждут, когда пойдет процесс брожения. Жадно поглотив пьянящую массу и захмелев, слоны принимаются громко трубить, игриво лупить друг друга хоботами и состязаться в том, кто выше подбросит сломанную ветку.
Широкую известность получил случай, происшедший в 1970 году на железнодорожной станции близ заповедника Парк Крюгера в Южной Африке. Там объявились чем-то возбужденные слоны. Они начали гоняться за людьми и бросаться на поезда. Оказалось, слоны были вдрызг пьяны! А буйствовать начали, наевшись плодов дерева мерула, которые в перезрелом виде содержат изрядную дозу алкоголя и по вкусу напоминают десертное вино из дыни. Дальнейшие наблюдения, ведшиеся в течение 10 лет, показали, что свойства мерулы хорошо известны слонам, и они целенаправленно ищут меруловые рощи. Найдя, съедают там все алкогольные «дыни», после чего устремляются на поиски очередного «бара». Именно в таком состоянии они чаще всего совершают набеги на африканские деревни, уничтожая там, прежде всего, запасы пальмового вина.
Наблюдения за нашими ближайшими родственниками, обезьянами, показали, что при наступлении сезона они без устали ищут перезревшие фрукты, в которых уже начинается процесс брожения, и с наслаждением поглощают их. После этого, они начинают вести себя очень развязно и шумно: задирают друг друга, шкодят, падают с веток, валяются на земле и постоянно ищут добавки. Примечательно, что большим «уважением» среди сородичей пользуются те обезьяны, которые надрались пуще других. По-видимому, страсть к выпивке мы унаследовали от наших общих с высшими обезьянами предков. И не только страсть, но и технологию получения вина: некоторые виды мартышек специально заготавливают себе напитки разной крепости - из дикого зеленого винограда особого сорта, из спелых ягод без воды, из спелых ягод с водой. Получаются напитки крепостью до 10 градусов!

Итак, поскольку фрукты сбраживаются в своем натуральном состоянии, брожение появилось раньше человеческой истории. Другой вопрос – с каких пор человек научился контролировать процесс брожения.
Уже в очень древние времена, еще первобытные доисторические люди заметили, что всякий сладкий сок плодов, ягод или иная сладкая жидкость, оставленные про запас, быстро изменяются и приобретают особые свойства веселить человека, увеличивать его силы и производить приятное опьянение.
В каменном веке люди уже приготовляли опьяняющие напитки из сока малины и ежевики, а в бронзовом веке для этой же цели стали применять сок кизила. С течением времени люди заметили, что наилучший, более вкусный, опьяняющий напиток получается из сока винограда, и потому стали разводить виноградную лозу и постепенно улучшать ее качества (для получения наилучшего напитка).
Приготовление опьяняющих напитков из сока винограда было довольно широко распространено почти у всех древних народов. Есть веские доказательства того, что люди сбраживали напитки в Вавилоне около 5000 г. до н. э., в Древнем Египте около 3000 г. до н. э., в доиспанской Мексике около 2000 г. до н. э. и в Судане около 1500 г. до н. э.: это подтверждают изображения, утварь и другие памятники древних культур, находимые при раскопках древних городов.
Раскопки Шлимана показали, что 4ООО лет назад жители Трои также знали секрет получения вина. В "Одиссее" Гомера имеется описание того, как Одиссей напоил исмарийским вином одноглазого великана Полифема.

Тот факт, что люди в самые древние времена были знакомы с технологией изготовления алкогольных напитков, не вызывает удивления. Гораздо больший интерес представляет сама потребность людей в продукте брожения и то значение, которое ему придавалось во все времена, несмотря на то, что он, казалось бы, не является необходимым для поддержания жизнедеятельности человека. Вино – это не пища, не одежда, не оружие. Без него вполне можно было бы обойтись. Однако оно является одним из важных атрибутов мифов разных народов, существенным элементом цивилизации, мерилом богатства, объектом поэтического творчества.

Результаты этнографических и культурологических исследований свидетельствуют: нет и никогда не было ни одного народа, который бы в той или иной форме не употреблял опьяняющие вещества.
Вино является элементом культуры народов, живущих в местах естественного произрастания винограда, в частности, в районе Средиземноморья.
Но для приготовления алкогольных напитков может применяться не только виноград, но и любые другие плоды, содержащие сахар. Строго говоря, такие напитки не считаются вином: для них существуют различные другие местные названия.

Mar. 19th, 2007

Подробная аннотация к Сектоведению А.Л. Дворкина 1 глава

пока только первая глава. баиньки хочу.
Дворкин. Сектоведение.
В первой главе, под названием «Религия, которая убивает» описаны шесть нашумевших историй тотолитарных сект разной направленности, фактическим итогом существования которых являлись массовые самоубийства и жестокая расправа над неугодными идеологии людьми. В статьях дано описание последствий извращения естественного человеческого восприятия, деструктуризации сознания, деградация общественных институтов, в первую очередь семьи и отношения к детям, самые беззащитные члены секты, по сути лишенные права принять самостоятельное решение о выборе своей судьбы, подвергались наиболее тяжелым моральным и физическим унижениям, сексуальному насилию и, в последствии, жестокой казни. И хотя в небольших статьях автор по возможности избегает оценочности и детализации описания, перед глазами встают картины, на которые не отважился бы, предложи ему завершить свои «120 дней содома» сам де Сад.
В заключительной, 7-ой, части главы, А.Л. Дворкин пытается получить ответ на алогичный вопрос – что же приводит лидеров сект к тяжким преступлениям? Его рассуждения основываются на поздних работах небезызвестного Роберта Лифтона, осознавшего значение этой темы после окончания работы над описанием политических механизмов воздействия.
“Наш мир зациклен на апокалиптических идеях, — утверждает Лифтон, — и по мере того, как приближается новое тысячелетие, можно ожидать все большего количества подобных событий и различных других злоупотреблений, возможно, в том числе и самоубийств”.
Согласно Лифтону, одним из главных условий формирования будущего гуру является принятие им на себя функции мифологического героя. Гуру должен пройти через борьбу со смертью и просветить учеников новым видением смерти, чтобы укрепить их жизненные силы. Когда гуру формирует свою собственную мифологию, в ней непременно должен присутствовать рассказ о религиозном пробуждении и просветлении. Например, Асахара (Аум Синрикё) говорил, что в его молодости у него возникали конфликты с законом всякий раз, когда его искушали сомнения, а когда ему исполнилось тридцать лет, ему явился индуистский бог Шива. Шива — бог разрушения и созидания — призвал Асахару возглавить армию богов в их борьбе против сил тьмы. По словам Лифтона, у Асахары был определенный талант: он привлекал своих учеников, предлагая им мистические построения на некой буддийской почве, которые казались им живее всего, что они знали ранее. Он обещал своим ученикам, что они могут достичь бессмертия, взойдя на высокий духовный уровень. Эпплуайт с той же манией величия утверждал о своей тождественности со Христом и об исключительности и спасительности своей миссии.
Такая же мания величия, выражающаяся, в частности, в создании “героического мифа”, присуща и другим лидерам тоталитарных сект, описанных на этих страницах. Это, в конце концов, сделало “Аум Синрикё” сектой-убийцей, стремящейся уничтожить весь мир и оставить в живых лишь своих членов секты как некую высшую расу. Целью Эпплуайта (община “Небесные врата”) было создать новую эволюционную ступень, чтобы позволить людям возвыситься над собственной человечностью. Для описания мира как места зла и пустоты он и его сторонники использовали такие интересные экологические образы, как “человеческие сорняки, которые заглушают сад”. Сектанты видели небеса и как духовное царство, и как место, где люди будут находиться буквально и биологически. К чему привели эти теории — известно.
Тоталитарные секты могут быть очень разными, но есть и признаки, которые их объединяют. Особенно радикальные проявления находят себя в том, что они ни во что не ставят ни жизни своих членов, ни жизни других людей.
Это наводит автора на самые грустные размышления: кто будет следующим? Какой очередной “властитель душ”, запутавшись в собственных противоречиях, захочет“громко хлопнуть дверью”, прихватив с собой всех своих почитателей?
Будет ли это “Церковь последнего завета” Виссариона, все дальше уходящая в сибирскую тайгу, как “Народный храм” все дальше уходил в джунгли? Или это будет “Богородичный центр”, чей лидер, “последний пророк” Иоанн Береславский (опубликовавший фотографию Кредонии Мверинды на обложке своего издания в числе прочих “боговидцев”), как и “пророк” Дэвид Кореш, частенько поговаривает об огненном конце мира? Будут ли это члены переживающего сейчас очередной кризис и жестокий раскол “Общества сознания Кришны”, группа членов которого уже заявила о своей готовности совершить коллективное самоубийство? Будут ли это муниты, чей “мессия” наконец-то начал осознавать, что жизнь его подходит к концу и он может “удалиться в мир духов”, так и не достигнув обещанного — повсеместного признания его Господином неба и земли?
Сегодня ответов на эти вопросы не может дать никто. Мы можем только молиться, чтобы не произошла новая трагедия, чтобы люди опомнились и разорвали порочные путы, связывающие их с лидерами тоталитарных сект, и вновь обрели свои утерянные индивидуальность, достоинство и свободу. И мы можем предупреждать еще не сделавших свой религиозный выбор людей о смертельной опасности сектантства и о том, что может их ожидать по ту сторону глянцевых обложек сектантских рекламных брошюрок и приторно-сладких улыбок сектантских вербовщиков. Этой задаче и посвящена данная книга.

Mar. 18th, 2007

Краткое изложение «Промывания мозгов». Роберта Джея Лифтона.

Краткое изложение «Промывания мозгов». Роберта Джея Лифтона.
Всю ночь писала.
Термин «промывание мозгов» впервые использовал американский журналист Эдвард Хантер для перевода китайского разговорного выражения hsi nao (буквально оно означает «промывать мозг»).
Первоначально оно использовалось для описания китайских методов индоктринации, а затем вообще ко всему, что бы и где бы ни делали коммунисты. Т.е это идеологический инструктаж.
Сейчас семантическая путаница достигает своего предела, фразеологизм обрастает магическим ореолом необоримого зомбирования, в массовых масштабах. Полный бред и байка, но имеет формальное отношение к сути книги.
Не будем недооценивать одну из главных проблем нашей эры — проблему психологии и этики направленных попыток изменять людей. Ибо, несмотря на злоключения термина «промывание мозгов»; процесс, который дал повод для возникновения данного выражения, является очень даже реальным: официальная китайская коммунистическая программа szu-hsiang kai-tsao (по-разному переводимая как «идеологическое
перевоспитание, пересоздание», «идеологическая реформа» или, как мы даем в данной работе, «исправление мышления») фактически появилась в качестве одной из, самых мощных среди когда-либо предпринимавшихся попыток манипулирования человеком.
Идея не является исторически новой. Но китайские коммунисты придали своей программе более организованный, всесторонний и продуманный — более тотальный — характер, а также обеспечили ее уникальной смесью остроумных сильнодействующих психологических методов.

Независимо от конкретных обстоятельств, «исправление мышления» состоит из двух основных элементов: признание вины, разоблачение и отречение от прошлого и настоящего «зла»; и перевоспитание, переделка человека в соответствии с требуемым образцом. Эти элементы тесно взаимосвязаны и частично совпадают.

Из множества рассматриваемых вопросов, выделим следующий: Как можно распознавать аналоги «исправления мышления» в рамках нашей собственной культуры и что мы можем с ними сделать?


Контроль информации – в идеале ее должен подготавливать сам главный идеолог.
Очень трудно обойти человеческий фактор и даже жесткий контроль поступающей к личности информации не может быть абсолютен, когда человек в зоне влияния внешней информации, он может оказаться зависимым от противоречащего «шума» ( друзья вне Движения, люди на улицах).
Для тоталитарных администраторов, однако, подобные явления — не более чем свидетельства «неправильного» применения механизма. Ибо они рассматривают такой контроль в качестве справедливой, необходимой политики, которую не следует хранить в тайне: участники секты могут сомневаться в том, кто кому и что сказал, но всегда известен тот факт, что обширная информация о каждом передается властям.
Что бы быть инженерами человеческих душ (ну или космическими хирургами), они должны вначале подвергнуть эти души полному контролю.
С тем, кто подвергается контролю, психологически случается многое; самым главным является разрушение баланса между собственным Я и внешним миром. Он лишается сочетания внешней информации и внутренней реакции, которое необходимо каждому для проверки реальностей его среды и поддержания некоторой степени индивидуальности, отделенной от этой среды.

Мистическое манипулирование.

Неизбежный следующий шаг после контроля со стороны среды — далеко заходящее личностное манипулирование.
Инициированное сверху, это манипулирование стремится провоцировать определенные паттерны поведения и эмоций таким образом, чтобы казалось, будто они спонтанно возникают изнутри самой среды. Этот элемент спланированной спонтанности, направляемой группой, по-видимому, всезнающей, должен приобрести для объекта мистическое качество.
В эту мистику включено ощущение «более высокой цели», «непосредственного восприятия некоего неизбежного закона общественного развития» и себя как базу этого развития. Становясь, таким образом, инструментами собственной мистики, они создают мистическую ауру вокруг манипулирующих институтов — Правительства; Организации. Они являются агентами, «избранными» (историей, Богом или какой-то другой сверхъестественной силой) выполнить «мистический императив», следование которому должно вытеснить все соображения приличия или непосредственного человеческого благосостояния. Точно так же любая мысль или действие, которые подвергают сомнению более высокую цель, рассматриваются как стимулируемые низшей целью, отсталой,
эгоистичной и мелкой перед лицом великой, наиважнейшей миссии.
Возникают очевидные крайности идеализма и цинизма. Даже те действия, которые кажутся в высшей степени циничными, могут рассматриваться, как имеющие в конечном счете отношение к «более высокой цели». Написал Роберт Лифтон полвека назад…
От клиента требуется полное доверие – он как « ребенок в руках матери».
Особая мистическая манера выражения манипулятора тем, кто доверяет в высшей степени, приветствуется за таинственность. Восприятие неофита приобретает мазохистский оттенок, появляется радость боли, испытываемой ради достижения Великой цели Учителя, одобряемой как собственная.
Следующий этап – «психология пешки». Рано или поздно слепое доверие исчерпывает себя, либо оно не смогло возникнуть изначально.
Чувствуя себя неспособным скрываться от воздействия сил более мощных, чем он, человек подчиняет все приспосабливанию к ним. Он становится экспертом в прогнозировании давления среды и управляет ею таким образом, что его собственная психическая энергия, скорее сливается с течением, чем болезненно обращается против. Это требует от человека активного участия в манипулировании другими, а так же в бесконечном круговороте предательств и измен самому себе. [Он уже лишен возможности самовыражения и независимости мысли, это требует лечения – о котором я постараюсь рассказать в следующей записи.]
В среде «исправления мышления» эмпирический мир резко разделен на «чистый» и «не чистый», на абсолютно хороший и абсолютно плохой. Все «инфекции» и «яды», которые вносят вклад существующего состоянии нечистоты, должны быть найдены и устранены. Философское исходное положение, лежащее в основе этого требования, заключается в том, что Абсолютная Чистота – достижима и все, что делается, с кем бы то ни было, во имя чистоты, является, в конечном счете, нравственным.
Как ни парадоксально, на практике этот идеал остается неосуществимым, в силу чего, мы получаем «ограниченный мир вины и стыда» - «мучительное стремление к чуждому условиям человеческого существования».
Взаимодействие со средой – другими последователями – протекает следующим образом: нечистота каждого человека считается греховной и потенциально опасна для него и для других. Результатом является то, что чувство вины перед средой поощряется, оказывается высоко ценимым.
Вина и стыд являются предпочтительными формами общения, объектами общественного существования и возможно связью между индивидом и его тоталитарными обвинителями. Можно симулировать их некоторое время, но увиливание, вероятнее всего, будет обнаружено: безопаснее испытывать их искренне. Люди сильно различаются по уязвимости для чувства вины и стыда, в зависимости от паттернов заложенных в начале жизни. Но поскольку, эти чувства являются базальными для человеческого существования, эти вариации могут быть лишь вопросом степени.
Так как идеологические толитаристы превращаются в окончательных судей добра и зла в пределах своего мира, они способны использовать эти универсальные тенденции к вине и стыду, как эмоциональные рычаги для контролирующего влияния.
Они становятся арбитрами экзистенциальной вины, неограниченными авторитетами в сфере того, что касается ограниченности других.
Их власть нигде не проявляется более очевидно, чем в их способности прощать.
Один из способов ослабления чувства вины – осуждение внешних влияний. Чем сильнее вина – тем крепче ненависть и тем более угрожающими кажутся внешние влияния.
Последствиями поощрения универсальной психологической тенденции к проекции были: массовая неприязнь, чистка от еретиков, политические и религиозно-священные войны.
Культ исповеди.
Близко связанна с требованием абсолютной чистоты – идея личной исповеди. Существует потребность признания в несовершенных преступлениях :lol:, в искусственно вызванной греховности во имя произвольно навязанного лечения. В тоталитарных руках исповедь становится скорее средством эксплуатации, чем предложением утешения для такого рода уязвимости.
В лоне секты исповедь принимает множество специальных значений:
- средство поддержания бесконечного внутреннего опустошения или психологической чистки от нечистоты.
- акт символического подчинения чужой воле, выражение слияния с Учителем.
- средство поддержания этоса полного раскрытия самого себя обнародование (или хотя бы извещение организации) всего возможного жизненного опыта, мыслей и страстей каждого индивида, особенно тех элементов, которые могли бы рассматриваться как вредные авторитету идеологии.
Личная собственность на свое знание и его продукты становится абсолютно безнравственной. Сопутствующее обоснование – «среда достигла такого совершенства просвещенности, что любое индивидуальное право удержания при себе идей или эмоций стало анахронизмом».
Культ исповеди предлагает тебе значительное психологическое удовлетворение – облегчение чувства вины. Более того, участие в общем энтузиазме исповедей может создавать оргиастическое чувство «исключительности», максимально интенсивной близости с исповедующимися сотоварищами и саморастворения в великом потоке данного Движения. И существует также, по крайней мере первоначально, возможность подлинного самораскрытия и самосовершенствования через признание «то, что обнажается, — это то, чем я являюсь».
Постепенно, тоталитарное давление превращает исповедь в повторяющиеся по приказу представления. Элемент наигранной публичной демонстрации берет верх над глубоким подлинным переживанием. Исповедующийся оказывается заинтересован в одобрении своего личного спектакля. Эта игра содействует функции отклонения от тех эмоций и идей, которые по настоящему значительны для индивида, относительно которых он испытывает наиболее глубокую вину. В этом смысле Культ Исповеди, приводит к результату прямо противоположному идее полного обнажения: вместо устранения личных тайн он множит и обостряет их.
Личная тайна имеет два важных момента:
1) идея вины и стыда, которые человек желает подавить, что бы не превратить в известные другим и слишком заметные в собственном сознании;
2) представления об аспектах собственной значимости, слишком драгоценные для того, что бы покинуть особые отношения любви, сформированные вокруг этого тайного мира, известного лишь любящим.
Тоталитарная среда одержима идеей разоблачения и срывания масок. Старые тайны оживают, а новые множатся.
Человек оказывает захваченным непрерывным конфликтом того – какие тайны сохранить, а какие выдать; его собственные границы между тайным и публичным, между частным и общественным оказываются стерты. Наконец, культ исповеди, делает невозможным внутренний баланс достоинства и смирения. Восторженный и агрессивный исповедник уподобляется персонажу Камю: «…Чем больше я обвиняю себя, тем больше имею право судить вас.» Личность «кающегося грешника-судьи», таким образом, становится орудием приобретения высокомерия окружающей среды и ощущения всемогущества. Однако даже это разделяемое с другими всемогущество не может защитить человека от противоположных по характеру (но имеющих отношение к этому ощущению всемогущества) чувств унижения и слабости, чувств, особенно распространенных среди тех, кто скорее остается кающимся по принуждению, чем всесильным судьей.
(Ты готова ко всемогуществу? Поверь, ты его ощутишь… Это самый легкий способ обольщения души, да и мужчин вообще то . Ну да ладно – твой путь, твой выбор. Хоть, это бы прочитала.)

«Священная наука»

Тоталитарная среда поддерживает ауру святости вокруг своей основной догмы, предлагая се в качестве основного морального представления о приведении в порядок человеческого существования. Эта святость очевидна в запрете (явном или неявном) на сомнения в основных исходных положениях и в требовании почтения к авторам Слова, нынешним носителям Слова и к самому Слову. Выходя, таким образом, за пределы обычных отношений логики, среда, однако, в то же самое время предъявляет преувеличенные притязания на неопровержимую логику, абсолютную «научную» точность. Так окончательная моральная проницательность превращается в окончательную науку; а человек, посмевший ее критиковать или затаить хотя бы невысказанные альтернативные идеи, оказывается не только безнравственным и непочтительным, но и «ненаучным». Таким образом, философские короли современного идеологического тоталитаризма укрепляют свой авторитет, претендуя на долю в богатом и уважаемом наследии естествознания.



На уровне индивида тоталитарная священная паука предлагает комфорт и безопасность. Ее привлекательность заключается в кажущемся объединении мистической и логической форм опыта (первичного и вторичного мыслительных процессов). Ибо в рамках структуры священной науки есть место и для осторожного постепенного дедуктивного доказательства, и для стремительного иррационального «инсайта». Так как различие между логическим и мистическим является, прежде всего, искусственным и созданным людьми, благоприятная возможность выйти за его пределы может создавать чрезвычайно глубокое ощущение истины. Но позицию не подвергающейся сомнению веры — полученной как рационально, так и иррационально - нелегко сохранять, особенно если человек обнаруживает, что мир жизненного опыта, переживания не столь абсолютен, как это утверждает священная наука.
Однако священная наука может достигать столь сильного влияния на психические процессы, что если человек начинает чувствовать влечение к идеям, противоречащим ей или игнорирующим ее, то может ощущать вину и бояться. Ему запрещается участие во внимательном поиске истины. И его позиция становится еще более затруднительной из-за отсутствия в тоталитарной среде какого-либо различия между священным и профанным: не существует мысли или действия, которые не имели бы отношения к данной священной науке.
Какую бы комбинацию постоянной приверженности, внутреннего сопротивления или компромиссного сосуществования не приняла отдельная личность в отношении этой смеси фальшивой науки и закулисной религии, она представляет собой еще одно непрекращающееся воздействие в направлении закупоривания личности, уклонения, а не попытки ухватиться за виды знания и опыта, необходимые для подлинного самовыражения и творческого развития, так что сосите и не чавкайте.

Нагруженность языка


Язык тоталитарной среды характеризуется блокирующими мышление клише. Чреватые наиболее серьезными последствиями и самые сложные из человеческих проблем сжаты -в краткие, крайне снижающие смысл, категорически звучащие фразы, легко запоминающиеся и легко высказываемые.
Эти клише превращаются в то, что Ричард Вивер назвал «предельными терминами»: «термины бога», символизирующие предельное добро, либо «термины дьявола», представляющие предельное зло. В «исправлении мышления» «чистка чакр», «маг», «кармические семьи», «точка зрения духовного плана», «госпожа Блаватская» и «сакральная эзотерика» попадают в первую категорию; «омен», «материалист», «нестандартное мышление», «господин Азимов» и «причинно-следственные связи» - во второе.
Тоталитарный язык, следовательно, многословно сосредоточен на всеобъемлющем жаргоне, преждевременно абстрактном, крайне категоричном, безжалостно осуждающем, и для любого, кроме наиболее преданного его защитника, смертельно скучным.
Конечно, этот вид языка существует до некоторой степени в рамках любой культурной или организационной группы, и все системы веры зависят от него. Он отчасти является выражением единства и исключительности: по словам Эдуарда Сэпира, фраза «Он говорит как мы» равносильна заявлению «Он — один из нас».
Как и другие аспекты тоталитаризма, подмена языка может обеспечивать первоначальное ощущение инсайта (проникновения в суть) и безопасности, за которым, в конечном счете, следует тревога. Эта тревога может иметь своим результатом отступление к жесткой ортодоксальности, когда индивид выкрикивает идеологический жаргон все громче, чтобы показать свой конформизм, скрыть собственную дилемму и отчаяние и защитить себя от страха и вины, которые он испытывал бы, если бы попытался использовать слова и фразы, отличные от правильных.
В любом случае его воображение все более и более отрывается от реального жизненного опыта и, не употребляясь, может даже проявить тенденцию к атрофии.


Доктрина выше личности


Подобный бесцветный язык отражает другую характерную особенность идеологического тоталитаризма: подчинение человеческого жизненного опыта требованиям доктрины. Примат доктрины перед человеком наглядно проявляется в постоянном сдвиге между самим этим опытом и его крайне абстрактной интерпретацией — между подлинными чувствами и их подложной каталогизацией. Это в значительной степени связано со специфической аурой полуреальности, которой, как кажется, по крайней мере для постороннего человека, обладает тоталитарная среда.
Подразумеваемое предположение заключается в том, что доктрина — включая ее мифологические элементы — в конечном счете является более обоснованной, истинной и реальной, чем любой аспект существующего в действительности человеческого характера или человеческого опыта.
В тоталитарной среде требуется абсолютная «искренность»; и главным критерием подобной искренности, вероятно, будет степень доктринального согласия — в отношении как веры, так и направления личностного изменения. Однако всегда есть возможность сохранения альтернативной версии искренности (и реальности), способность вообразить иной вид существования и другую форму подлинной преданности. Эти альтернативные видения зависят от таких вещей, как сила прежней идентичности, проникновение в данную среду внешних идей и сохраненная способность зависящего от обстоятельств индивидуального обновления.' Тоталитарная среда, однако, противостоит подобным «ненормативным» тенденциям, выдвигая обвинение в том, что они полностью обязаны своим происхождением личностным «проблемам» («проблемам мышления» или «идеологическим проблемам»), вытекающим из существовавшего ранее неподходящего («демонического») влияния. Результат будет в значительной степени зависеть от того, насколько в действительности доктрина важна для индивидуального эмоционального затруднительного положения. И даже для тех, кому она кажется полностью привлекательной, бьющее через край ощущение благосостояния, временно доставляемое ею, может быть скорее «иллюзией цельности», чем выражением истинной и устойчивой внутренней гармонии.

Разделение существования


Тоталитарная среда проводит резкую черту между теми, чье право на существование можно признать, и теми, кто не обладает подобным правом.
Не слишком ли люди самоуверенны, чтобы назначать себя судьями в вопросе о человеческом существовании? Разумеется,это вопиющее проявление того, что греки называли hubris (гордыней), проявление самонадеянного человека, делающего себя Богом. Однако одно скрытое допущение делает эту заносчивость императивной: уверенность, что существует только одна тропа к истинному существованию, только один обоснованный способ существования, и что все прочие волей-неволей (по необходимости) являются непродуктивными и ошибочными. Тоталитаристы, следовательно, чувствуют себя вынужденными уничтожать все возможности ложного существования в качестве средства содействия великому плану истинного существования, которому они себя посвятили.
Для индивида этот полярный эмоциональный конфликт является предельным экзистенциальным конфликтом «бытие versus небытие». Весьма вероятно, что его привлечет опыт обращения в данную веру, который он рассматривает как единственное средство обретения стези, на которой ты существуешь для будущего. Тоталитарная среда — даже когда она не обращается к физическому насилию — стимулирует у каждого страх исчезновения или уничтожения, во многом похожий на базальный страх, пережитый заключенными иностранцами.
Существование оказывается зависимым от веры (я верю, следовательно, я существую), от подчинения (я повинуюсь, следовательно, я существую) и, помимо этого, от ощущения полного слияния с идеологическим движением. В конечном счете, естественно, человек достигает компромисса и сочетает тоталитарное «подтверждение» с независимыми элементами личностной идентичности; по он постоянно отдает себе отчет в том, что стоит ему отклониться слишком далеко на «ложную стезю», и его право на существование может быть отнято.


Чем яснее среда выражает эти восемь психологических характерных черт, тем ближе она к идеологическому тоталитаризму; и чем больше она применяет подобные тоталитарные механизмы изменения людей, тем сильнее это напоминает «исправление мышления» (или «промывание мозгов»). Но поверхностные сравнения могут вводить в заблуждение.
Кроме того, некоторые среды рискованно близко подходят к тоталитаризму, но в то же время сохраняют открытыми альтернативные пути; это сочетание может предлагать необычные возможности для достижения интеллектуальной и эмоциональной глубины. И даже достигшая полного расцвета тоталитарная среда может предоставить (более или менее вопреки самой себе) ценный и расширяющийся жизненный опыт — если подвергнутый ее влиянию человек имеет и возможность покинуть эту экстремальную обстановку, и внутреннюю способность впитывать тоталитарное давление и приспособить его к использованию во внутреннем мире.
К тому же сам идеологический тоталитаризм может предлагать человеку интенсивный вершинный опыт: ощущение выхода за пределы всего обычного и прозаического, освобождения от бременн человеческой раздвоенности чувств, проникновения в сферу истины, реальности, доверия и искренности, превосходящих все, что он когда-либо знал или даже мог себе вообразить. Но этот вершинный опыт, поскольку он является результатом внешнего давления, искажения и угрозы, несет в себе большой потенциал разочарования и столь же глубокого сопротивления тем самым вещам, которые первоначально выглядят такими освобождающими. Такой навязанный вершинный опыт - в противовес приобретаемому более свободно и сокровенно с помощью великих религиозных лидеров и мистиков — по существу является опытом личностного закупоривания. Вместо стимулирования большей восприимчивости и «открытости для мира» он поощряет шаг назад к некой форме «вмурованности» — отступления в доктринальную и организационную исключительность и к бескомпромиссным эмоциональным паттернам, более характерным (по крайней мере на этой стадии человеческой истории) для ребенка, чем для индивидуализированного взрослого.
Каков источник идеологического тоталитаризма? Как возникают эти экстремистские эмоциональные паттерны? Эти вопросы выдвигают наиболее ключевые и трудные из человеческих проблем. За идеологическим тоталитаризмом скрываются свойственные людям поиски всемогущего советчика - сверхъестественной силы, политической партии, философских идей, великого лидера или точной науки — который принесет всему человечеству окончательное единение и устранит ужас смерти и небытия. Эти поиски очевидны в мифологии, религиях и истории всех наций, также как в каждой индивидуальной жизни. Степень подразумеваемого индивидуального тоталитаризма чрезвычайно зависит от факторов личной истории: раннее отсутствие доверия, крайний хаос среды, полная власть родителя или лица, замещающего родителей, невыносимое бремя вины и тяжелые кризисы идентичности. Таким образом, раннее чувство дезориентации и неурядиц или ранний опыт необычно интенсивного контроля семейной среды могут породить позже полную нетерпимость к житейской неразберихе и неурядицам и тоску по восстановлению контроля со стороны среды. Но эти вещи до некоторой степени являются частью любого детского опыта; и поэтому потенциал тоталитаризма является континуумом, которого никто полностью нс может избежать и в отношении которого нет двух похожих людей.
В течение взрослой жизни индивидуальный тоталитаризм принимает иные очертания, поскольку он ассоциируется с новыми идеологическими интересами. Он может стать частью склада личных эмоций, мессианских идей и организованного массового движения, которое я описал как идеологический тоталитаризм. Когда это происходит, мы не можем говорить об индивидуальном тоталитаризме просто как о форме регресса. Отчасти это так, но он также является чем-то большим: новой формой взрослой вмурованности, ведущей свое начало от паттернов поисков безопасности, перенесенных из детства, но с качествами идей и стремлений, являющихся специфически взрослыми. В периоды культурных кризисов и быстрых исторических перемен тоталитарные поиски всемогущего руководящего принципа, советчика, руководителя приводят людей к стремлению превратиться в такого руководителя.
Тоталитаризм, следовательно, — широко распространенное явление, но это не единственный подход к «перевоспитанию». Лучше всего мы можем использовать наше знание о нем, применяя его критерии к знакомым процессам в нашей собственной культурной традиции и в нашей собственной стране.

Все, тут я привела только основные выдержки из общих положений. Очень рекомендую ознакомиться со всей книгой.

библиография

сцылка про авторитарные секты. Дворкин: http://www.pravbeseda.ru/library/index.php?page=author&id=43
Лифтон: http://ec-dejavu.ru/w/Washing_brain.html (к сожалению придется купить книжку)
О кризисных переломах личности в разных практиках: Гроф Станислов и Кристина, ред. Меньшикова. "Духовный кризис", так же "Психология будущего".
О психоделической теории в эволюции "Пища богов" - попахивает теми же сектами, пусть Витька читает, я от последнего параноика отхожу.
Хочу гулять..просто бродить по улице, дышать свежим воздухом, и приводить мысли в порядок... Вчера перед подъездом на моих глазах толпа подростков тщательно месила мужика пиная в голову, наверное из-за телефона. Я была одна и ничего не могла сделать, у меня даже сотового с собой не оказалось. Посмотрели на меня, и убежали с криком "гля сучка какая то". Подростки, почти дети - наверняка у парочки найдутся любящие папа и мама, согласные обеспечивать чадо до седых волос. У заводилы - наоборот. Дети общаются и всегда будут общаться. Ты = Я не только в духовном аспекте, мне грустно.

Договорилась с журналом молодежным о публикации, срочно надо шевелиться с портфолио.

Feb. 15th, 2007

БОЖЕ, плюнь мне в рожу!

меня доканал жж... третий день я пытаюсь зарегить блогмайлера для обсуждения парадоксов и каждый раз он снова требует подтверждения опекунов... я двести раз перегрузилась. это изощренное издевательство от разработчиков появляется в том случае, когда вы однажды ввели при регистрации возраст меньше 13 лет. фачная сволочь убивает во мне все лучшие помыслы уже одной только цветовой гаммой.

Feb. 7th, 2007

написала предварительный опрос#1:)))

расскажите, как вы вообще относитесь к подобным вещам?:)

Poll #922485 Конечная цель ваших духовных пратик?

получить «второе рождение», т.е. родить в себе дух либо получить его свыше, стать существом обладающим духом, осознающим себя духом;

вступить в контакт с Богом (Высшим Разумом, Мировым Духом, и т.п.), в том числе с целью получить Откровение, знания, информацию.

улучшить свое здоровье, добиться долголетия, молодости.

приобретение целительских способностей, лечение других людей;

приобретение паранормальных способностей (телепатия, телекинез, левитация, яновидение и т.п.);

вступление в контакт с умершими, выход в астрал, телепортация в удаленные места или в другие времена (в т.ч. в прошлые жизни);

вступление в контакт с инфернальными силами (злыми духами, сатаной, и т.д.) в т.ч. с целью причинения зла (сатанизм, черная магия и т.п.);

Mean: 1.00 Median: 1 Std. Dev 0.00
1
1(100.0%)
2
0(0.0%)
3
0(0.0%)
4
0(0.0%)
5
0(0.0%)
6
0(0.0%)
7
0(0.0%)
8
0(0.0%)

возрождение язычества, мистического христианства или иных нетрадиционных религий; вступление в контакт с духами природы, управление эллементами.

получение кайфа и времяпрепровождение, удовлетворение любопытства.

приобрести удачу, стать счастливым и сделать счастливыми своих близких.

Feb. 6th, 2007

а на гч я опять таки не пойду...

Однажды женщине приснился сон, что за прилавком магазина стоял Господь
Бог.
- Господи! Это Ты! - воскликнула она с радостью.
- Да, это Я, - ответил Бог.
- А что у Тебя можно купить? - спросила женщина.
- У меня можно купить все,- прозвучал ответ.
- В таком случае дай мне, пожалуйста, здоровья, счастья, любви, успеха и
много денег.
Бог доброжелательно улыбнулся и ушел в подсобное помещение за заказанным
товаром. Через некоторое время он вернулся с маленькой бумажной
коробочкой.
- И это все?! - воскликнула удивленная и разочарованная женщина.
- Да, это все,- ответил Бог и добавил: - Разве ты не знала, что в моем
магазине продаются только семена?

Feb. 5th, 2007

манул и снежинка

К сожалению, я сейчас уже не в состоянии что-либо написать... но очень хочется не потерять найденные сегодня ссылки, иногда случайные слова введенные в поиск дают совершенно невероятные результаты:))) http://img-2007-01.photosight.ru/16/1872261.jpg потрясающие новорожденные крысы! http://www.animalphoto.ru:8000/catalogue/files/6989/big.jpg - а что тут добавить... http://img-2005-08.photosight.ru/18/992342.jpg - "создатели dagon'a" удавились бы... http://img-2005-09.photosight.ru/22/1046243.jpg - нечто, чудо, ртуть на паутине http://img-2005-05.photosight.ru/16/863540.jpg - пейзаж, вообще классика! http://img-2005-04.photosight.ru/07/821484.jpg - страшновато... вывод: надо запонить, что http://www.photosight.ru/ownpage.php?authorid=70761 похоже гений, и все-таки учить болгарский. приятного просмотра...